Француз

— Французы сверху завели собаку, — мрачно произнес бывший муж, встретив меня в дверях. — Эта сука так воет каждую ночь, что ни спать, ни работать невозможно.

— Ну, это временно, — легкомысленно отмахнулась я и тут же забыла о разговоре.

Ровно в первом часу ночи я услышала ЭТО. Нечто среднее между воем собаки Баскервилей и дудочкой Крысолова. Все это сопровождалось странным металлическим звуком, будто кто-то пытался выбраться из клетки.

— Запирают они его что ли, — развел руками бывший муж.- Судя по шуму, пёсель немаленький.

Через пару минут все стихло, а ещё через 15 вой повторился с новой силой. Моя внутренняя МарьИванна возмутилась и едва сдержалась, чтобы не постучать по батарее.

Утром мы, злые и невыспавшиеся, обсудили план военных действий. МарьИванна, потрясая папильотками, жаждала крови. Бывший муж предлагал просто «поговорить».

Говорить, разумеется, предстояло мне под предлогом «владения французским». То, что моих бонжур и савА может быть недостаточно, в расчет не бралось. Как в книгах о Гарри Поттере, считалось, что выученных заклинаний должно хватить, чтобы дожить до конца главы.

Следующей ночью все повторилось: хлопок входной двери, звуки возни в коридоре и вой вперемежку с металлическим скрежетом.

Запахнув полы халата и вооружившись поварешкой, мы с МарьИванной пошли на приступ. В голове крутилось адаптированное к случаю «же не куш па сис жур».

Открывший мне дверь француз был черен, мускулист и хорош собой. Белое махровое полотенце чудом держалось на бедрах.

МарьИванна ткнула меня в бок и зарделась.

— Эскюзе-муа сильвупле, — начала я решительно, — но ваш шьен нас задолбал своим воем шак нуи. Ни куше, ни травай не посибль. В общем, давайте с этим делом аррет и па де проблем.

Пока шевалье обалдело продирался сквозь мой ломаный франсэ, в коридор выплыла колоритная дама в простыне.

— Шо тут такоэ? — выдохнула она на чистом русском. — Ночь на дворе. Вы совсем обалдели?

Моя внутренняя МарьИванна вновь обрела твердую почву под ногами и в непереводимой игре слов вкратце обрисовала ситуацию.

— Но мадам! — очнулся наконец француз — Па де шьен — у нас нет собаки!

И тут до меня дошло. С зычным ржанием МарьИванна осела на пол. Через секунду к нам присоединилась соседка. Француз ограничился тем, что понадежнее закрепил на бедрах полотенце.

Остаток ночи мы дружно пили на нашей кухне. Не шерше, как говорится, проблем на свой cul.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *