Горе всегда возвращается к тем, кто его посылает.

Приехал домой и говорит бабе Груне с философским видом:

— За животных, за избу, за баню, за сарай взяли, а за уборную взимать не стали. Неслыханная щедрость! Уважают нашего брата, пенсионера! 

— А ещё вменяют налог на самозанятых пенсионеров оформить, — замечает баба Груня. — Вы, мол, корзины плетёте из государственного ивняка, да продаёте их по сто рублей за штуку. Обогащаетесь за счёт государства — так платите! 

— Ага, обогащаетесь!.. А то мы их от радости плетём, а не оттого, что нам пенсии на жизнь не хватает! — ругается дед Егор. — И то, что ивняк этот на хрен никому не нужен, их тоже не волнует! Пора уже с них самих налоги драть за использование соломы не по назначению! 

— Это, как это — не по назначению? — не понимает баба Груня.

— А так! — говорит дед Егор. — Солома не для того существует, чтобы её под шапками держали! 

— А-а, вон ты о чём, — усмехается баба Груня. 

— Вот-вот! — кивает дед. И тут ему в голову вдруг приходит одна забавная мысль. — Слушай, Грунь, а ты бы могла на них порчу напустить?

— Могла бы, — кивает баба Груня. — Но не буду.

— Почему это? — удивляется дед. — Жалко тебе их, что ли, этих деятелей?!

— Нет, — отвечает баба Груня, — их не жалко. Нас, да детей наших жалко. Порчу насылать — грех. Даже если на плохих людей её насылаешь, она обратно возвращается. Горе да слёзы всегда возвращаются тем, кто их посылает.

— Да-а? — чешет седую бороду дед Егор. — Что-то я не вижу, чтобы наше горе, да наши слёзы обратно к нашим обидчикам возвращались! Вон какие все холёные, сытые, да улыбчивые! Кирпича просят!

— Вернутся ещё обидчикам все беды, — утешает баба Груня. — И против себя, и против детей своих грешат. Нехорошо это, так над бедными людьми глумиться. 

Достала баба Груня из печушки чугунок с кашей. Разложила по тарелкам. Тут и я к столу подбежал. Мне ведь тоже порция полагается!

— Вот, Барсик, — говорит мне дедушка Егор с усмешкой, — я за тебя налог заплатил, а ты нам с бабушкой за своих блох не платишь! И пёс Бобик не платит! 

— Точно, — подтверждает баба Груня, улыбаясь. — Одна только наша коза Машка за всех расплачивается молоком. 

И так совестно мне перед моими хозяевами стало, несмотря на то, что я обыкновенный кот, и взять-то с меня, казалось бы, нечего, кроме мяуканья и мурлыканья. 

— Муррр! — помурлыкал я дедушке и бабушке, потеревшись головой об их ноги.

Расцвели тут они самыми милыми улыбками. Понравился им видать мой «налог»! Конечно, то что с душой делается, оно и радость несёт!

Фото-портрет. Автор Анна Корсакова. Давно после войны… — стрит-фото. http://fotokto.ru/photo/view/356304.html

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *