Недоразумение

— Эх-хх-фр-р-пу-у… — отдуваясь и сопя, смачно выдувал рулады Семён, пуская пузыри. Затем, конвульсивно дёрнувшись несколько раз выдохнул чувственно, — да-да! Я люблю тебя, Региночка, — перевернулся и лёг на другой бок, досматривать занимательный сон.

Через пару секунд художественный свист повторился. На лице мужчины выступило выражение крайней удовлетворённости. Последовало продолжение сна.

Ему грезилась любимая жена, с которой он интенсивно и чувственно совокуплялся, въезжал в открытые интимные ворота на лихом скакуне, страстно проникал до самых материнских глубин, вгрызаясь в обжимающую его хлюпающую твердь с громким чавканьем, раздвигая сопротивляющееся чрево гигантского размера орудием.

Такого кайфа он не испытывал со времён юности. Это было нечто.

Регина чувственно орала, раздвигала бёдра практически в шпагат, требовала сильнее и глубже.

Его пальцы нежно, но весьма крепко сжимали упругие ягодицы, чувственные соски ланит, регулируя тем самым силу сопротивления разбухающего лона.

Послушное тело женщины мгновенно и точно исполняло малейшее желание всадника, сжимало и разжимало тренированные часами занятий вумбилдингом интимные мышцы, выдаивая пульсирующее внутри одеревеневшее копьё.

Он входил и выходил, несмотря на недавний запрет жены заниматься сексом, мощно доминируя, настойчиво требовал ещё большего сопротивления, усиливающего наслаждение обладанием.

Женщина благодарно глядела в его глаза, поощряя богатырские усилия, выдавая наличие страсти давлением бёдер на его корпус и мощной подачей таза навстречу движениям мужа.

Лицо и грудь Регины приобрели пунцовый оттенок. Кисти рук сжаты до посинения, живот вибрирует, напрягаясь в такт движениям влетающего в лузу шара…

Сегодня, последнее время это случалось всё чаще, жена отказала ему в близости, сказав, что на этой неделе “это” уже было, что в их возрасте нельзя столько внимания уделять эротической гимнастике.

Мол, есть время разбрасывать камни, и есть время их собирать. У них уже внуки входят в пору любви и экзальтации. Какие право слово сексуальные упражнения, если до пенсии всего несколько лет осталось.

Теперь пришёл срок внуков срывать цветы сладострастия. Не след старикам заниматься чувственной акробатикой. Не дай бог мышцу какую-нибудь сведёт, сердце остановится в сладострастной муке и вообще. Возраст.

— От неумеренного секса инсульты и инфаркты случаются. Некоторые даже дурачками становятся. Угомонись.

Регина долго укоряла Семёна, уповая на его стыдливость и совесть. Что люди подумают, узнай они, чем занимаются престарелые супруги, о чём думают?

Мужчина пытался возразить, на что жена ответила упрямым фи, назвав его развратным типом и необузданным сексуальным маньяком.

И что теперь, если у неё появились неоднозначные принципы, искать интим на стороне? Так он и в молодости этим не увлекался.

Было, конечно, однажды. Так Регина сама спровоцировала тот адюльтер, пригласив погостить школьную подругу, а сама укатила в срочную командировку на целую неделю.

Это было время, когда разыгравшийся шквал тестостерона выносил Семену мозг до самого основания. Желание переполняло все ёмкости, раздувало некоторые элементы физиологии наподобие перьев у павлина.

Вытерпеть целую неделю, когда на диване в соседней комнате сопит, истекая нектаром сладострастия разомлевшая молодка, наполняя пространство квартиры парами чувственного дыхания и ароматами женских тайн, было немыслимо. 

Самец не способен спокойно находиться рядом с течной сукой. Он просто обязан её завоевать и использовать по назначению.

Семён долго сопротивлялся усиливающейся похоти, старательно гасил волны вожделения, отравляющие кровь, высверливающие мозг наподобие бормашины.

Уступил нескромному желанию лишь на пятый день, когда дрожа от решимости и страха, тихонечко забрался к гостье под одеяло. 

Как же это было рискованно и страшно, но на то он и мужик, чтобы бороться с трудностями.

В принципе, Семён ни на что серьёзное не рассчитывал. Поцелуи и флирт вполне удовлетворили бы молодой организм. Остальное можно было завершить самостоятельно.

Оказалось, она его тоже ждала все эти мучительные дни, изнывала от неудовлетворённых страстей, раскручивая спираль фантазий до немыслимых высот. 

Видимо Семён с Региной вели себя перед ней не слишком скромно, что и разожгло нешуточные страсти. 

Девушку не пришлось уговаривать. Первое проникновение случилось немедленно. Любовники даже не успели поцеловаться.

Люда подтянула к подбородку ночную сорочку, оголила  плотный животик, раскинула бёдра и предъявила Семёну уже готовое к употреблению блюдо, наполненное до краёв бурлящей похотью.

Дальнейшее произошло мгновенно, стоило лишь окунуть эрекцию в колодец разврата.

Семён выплеснул фонтан наслаждения с исступлённой пылкостью, излившись в девушку вместе с расплавленным мозгом.

Её тело свели пульсирующие волны судорог. Только когда любовники начали приходить в себя появились зачатки осознания происходящего, но было уже поздно что-то менять.

— Семь бед — один ответ, — подумал Семён остатками разума и окончательно поплыл.

Химические процессы разворачивались с небывалой скоростью, заставили броситься в страстные объятия, соединиться вновь, сначала в волшебном поцелуе, затем методом классической стыковки в позиции мужчина сверху.

События происходили, словно во сне. Танцы разной интенсивности и глубины перемежались страстными ласками. Из маленьких спринтов складывался настоящий стайерский забег, открывший сначала третье, а позднее и четвёртое дыхание.

Аромат порока заполнил буквально весь объём комнаты, все поры опьянённых тел, выполняя роль катализатора страсти. Влечение заставляло страдальцев совокупляться вновь и вновь, внося в процесс лишь пространственные изменения.

Все фантазии, разворотившие их возбуждённое воображение, реализовывались немедленно, даже если в обычное время они показались бы немыслимыми. Таких кульбитов природа явно не предусматривала.

В ход шли все физиологические изгибы и ёмкости. Языки и руки порхали по анатомическим особенностям, проникали в глубины и возвышенности, оставляя там свои секреты и пахучие метки.

Осторожность была забыта за ненадобностью. Впрочем, о последствиях некогда было думать.

Шея и грудь женщины, пестрели разноцветными засосами причудливой формы. Гениталии походили на сочный отбитый бифштекс, шкворчащий на перегретой сковородке и плюющийся брызгами.

Семёна украшали царапины на спине и ягодицах. Их разбухшие до невероятных размеров интимные инструменты не могли больше уменьшаться в размере, а число выбросов раскалённой магмы перевалило за десяток.

Утром Семён был не в состоянии идти на работу ввиду крайнего физического истощения. Его буквально шатало.

Пришлось бежать на почту, звонить начальству, прикидываться больным и немощным.

Когда любовники при свете дня с изумлением исследовали экзотические результаты рандеву и осознали невозвратность случившегося, результатом стал шок. Так обычно выглядят единоборцы в боях без правил после нокаута.

Пришлось предпринимать меры к сокрытию преступления. Для Людочки последствия на видимых участках тела оказались вовсе фатальными. Исправить их косметическими методами не представлялось возможным.

Ни одно платье, даже со стоячим воротом, не в состоянии было скрыть вылезающих тут и там акварельными потёками следов слишком азартных эротических игр.

Раздувшиеся губы тоже кричали о методике их использования. Подобное могло произойти разве что от прямого удара в лицо, если не знать наверняка, откуда такие повреждения.

 Скрыть такие явные следы не представлялось возможным. Ей пришлось собираться и срочно уезжать, придумав условно-правдоподобную причину.

Квартиру проветрили, бельё постирали, смазали кремом царапины Семёна. Ему пришлось взять освобождение от работы по болезни, прилично заплатив за это знакомому участковому врачу. Что ещё они могли сделать?

Ах, да… Неистовая копуляция на посошок. Сначала в собачьей позиции, что показалось не особенно вкусным, ввиду более высокого роста Людочки.

Сёма приподнимался на носках, но его чудо всё время выскальзывало из мокрой раздувшейся пуси.

Пришлось раскладывать постель. А уж там… 

Они этого не хотели. Точнее, желали, но боялись. Вот-вот должна приехать жена. 

И что?

Вы знаете, что такое гормоны, когда они заполняют кровеносную систему до отказа? Их приказы выполняются бесприкословно.

Новая серия излияний происходила в ускоренном темпе, но совершалась не менее бурно, чем предыдущей ночью.

Людочка стонала и извивалась. Семён уже готов был бросить всё и уехать за ней на край света.

Увы и ах… Буквально через две недели у неё свадьба.

Кстати, она не предохранялась. 

Но это не важно. Что-нибудь придумает. Она ведь любит своего Андрея. Во всяком случае, так она сказала, когда принимала, восставшее колом мужское достоинство в предпоследний раз.

Любовники расстались, пообещав забыть о маленькой глупости, которую совершили в бессознательном состоянии. Зачем, поминать о недоразумении? Это не их вина. 

Регинка просто ненормальная, что оставила потенциальных любовников вдвоём. О чём она думала, на что рассчитывала? Дура, она и есть дура.

Разве можно так подставлять самых близких людей?

Людочка попросила Семёна на свадьбу не приезжать. Под любым предлогом. Это уже слишком. Не железная же она, право слово.

Так он и сделал, выдумав срочную командировку. 

Больше о том никогда не вспоминали, хотя и встречались с Людочкой по разным поводам не однажды.

За время супружеской жизни это был единственный случай измены. Семён хранил верность и считал, что никогда в жизни не изменял. 

Тот единственный случай не в счёт. Не без основания это происшествие можно было назвать несчастным случаем, потому что сознание и мозг участия в адюльтере не принимали.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *