Нимфетка

Любовь искали и не находили,

Любовь теряли и не берегли

«Любви не существует», —

Люди говорили…

А сами… умирали без любви…

Жюли Вёрс

 

— Любовь нечаянно нагрянет, когда её совсем не ждёшь… 

Крутится и крутится мелодия в голове, да ещё голосом Утёсова.

— Вот ведь привязалась! Почему я так рано родился, почему!  Мне двадцать один, а ей…

— Ждёшь — не ждёшь, любовь-морковь! Нагрянула, блин! Глупости, какие. Угораздило же меня… Девчонка ещё вчера из детского сада, ну, чуть постарше — тринадцать лет, шестой класс, ребёнок совсем, а я места себе не нахожу при виде её, готов следы целовать, музыку сочинять, тоннами портреты писать. Совсем умом тронулся.  Какая может быть любовь между мужчиной и девочкой? Извращенец чёртов!

Игорь раздражённо, порывисто метался по студии, нервно крутил в руках барабанные палочки, время от времени со злостью стучал ими по ударным инструментам, которые кричали и выли от боли. 

От его странной боли, которая рвала душу и не находила выхода.

— Она же мне в дочки годится. Ребёнок совсем. Так ведь я ни на что и не рассчитываю, ничего непристойного в уме не держу, разве что поцеловать мечтаю, за руки держать. Мне бы видеть её, глазами ласкать, что в том плохого? 

Подожду, когда подрастёт, а пока буду холить и лелеять. До восемнадцати ей ещё пять лет. Всего пять или целых пять? Блин, блин, блин! Неужели так бывает! 

Что я могу с собой поделать, если с ума по ней схожу! Чем, чем она меня так опутала? Глаза, губы, голос, запах? Чем? Отчего маюсь так, скучаю, не успев расстаться, — сам с собой громко разговаривал парень.

Игорь таскал  Любочку с собой повсюду, где только возможно. 

В музыкальной студии на репетиции она всегда сидит на сцене, на концертах — в первых рядах или за кулисами. В ресторане, когда ребята играют — за отдельным столиком. Правда в десять вечера он вызывает такси и отправляет её домой. 

Юноша посвящает ей песни, рисует портреты. В его комнате все стены увешаны карандашными набросками. 

Их сотни…

Игорь рисует и рисует:L движения, силуэты, позы, глаза, губы, руки. 

Да-да, особенно кисти и пальчики. 

Их он изображает крупным планом на отдельных холстах. 

Маленькие детские ручки: тоненькие-тоненькие, нежные, ласковые, с аккуратными блестящими ноготками. 

Игорь их обожает. А Любочка с удовольствием позирует, позволяет целовать их и гладить.

Ещё Игоря восхищают её глаза, такие разные: укоризненные, хитрые, безумные, испуганные, смеющиеся, тоскливые, яростные, весёлые, возбуждённые, застенчивые, изумлённые, манящие. 

Несколько альбомов её портретов и взглядов.

Иногда Игорь просыпается среди ночи и берёт в руки карандаш. 

Но всё не то, не так. Разве можно изобразить совершенство? 

Она особенная, волшебная, очаровательная, разная.

Вокруг парня вьются десятки возбуждённых, очарованных его талантами девушек, готовых на всё: ведь он поэт, музыкант, художник. 

А ещё он чертовски привлекателен.

Только ему совсем ни к чему это навязчивое внимание. Ничего, кроме Любочки, ему не нужно.

Игорь мечтал посвятить любимой жизнь без остатка: хотел дарить, дарить и дарить. Готов делиться буквально всем, что имеет, преподнести в качестве презента себя, подарки, цветы, поцелуи, настроение, эмоции, талант, вручить судьбу. 

Без Любочки ему ничего не нужно. Совсем ничего.

Жить рядом, близко, преданно вглядываться в каждую милую чёрточку, целовать паутинку морщинок на ладонях, вдыхать удивительный запах, облако изумительного пряного воздуха, окружающее девочку: изысканный, ласкающий обоняние коктейль из сладкого молока, фруктов и цветущих трав.

Её кукольное личико без следов времени с неизменной улыбкой посылает Игорю вдохновение.

Юноша садится на пол к самой стенке, закрывает глаза, видит, чувствует, как нежно прикасается к щекам девочки, как она зовёт его губами, как…

Однако до настоящих поцелуев ещё целая вечность. Это табу. 

Если только в лобик. 

Или в нос. В маленький, аккуратненький носик. Он ей так к лицу. 

— Вот, дурак! Надо же такое выдумать! Как нос может не быть к лицу, если является его неотъемлемой частью? Тоже мне художник, от слова худо!

Игоря поражает, возбуждает и радует её детская наивность, легкомысленная доверчивость, искренность,  беспечность, кротость, поистине ангельский характер: дружелюбный и невинный. 

Любочка с ним дружит, доверяет во всём, чувствуя, что этот замечательный добрый дядя никогда, ни при каких обстоятельствах её не обидит. 

— Разве можно обмануть такое всеобъемлющее доверие? Да ни в жизнь. Провалиться мне на этом месте, если…

Изумительная, сногсшибательная энергия, физически ощутимые флюиды, исходящие от её  юного тела витают повсюду, когда девочка рядом. 

Её присутствие возбуждающе пьянит, будоражит воображение, рождает мечты, формирует диссонанс, одновременно создавая и разрушая гармонию, создаёт контрастные ощущения, нарушающие координацию ощущений, движений и мыслей. 

Одного глубокого вдоха чувственного бальзама, исходящего от её волос, достаточно, чтобы у парня закружилась голова, задрожали ноги в коленках, а руки перестали слушаться. 

Когда Игорю удаётся украдкой погладить Любочкины волосы, он не моет руки, чтобы подольше сохранить благоухание девственной непорочности.

Говорят, что в лёгких находится множество вкусовых рецепторов. Рядом с девочкой Игорь всегда чувствует сладкий привкус и целый букет фруктового благоухания, значит это действительно правда.

Надышавшись возбуждающего аромата, Игорь встречается с её восхищённым взглядом, он ведь для девочки кумир: беспредельно талантливый музыкант и художник, просто гений. 

Любочка очарована его многочисленными дарованиями, готова сколько угодно слушать извлекаемые им из инструментов звуки, интонации голоса.

Если бы Игорь попросил отдать за него жизнь, девочка, не задумываясь, сделала бы это.

Картины, рисунки и звуки, создаваемые идеалом, идолом, вызывают у неё мистический трепет, последовательность насыщенных неуправляемых эмоций, чувство беспредельного восхищения, желание поклоняться и любить. 

В школе и дома только и слышно от Любочки о выдающемся гении блистательного Игоря. 

Таинственные, завораживающие, гипнотизирующие глаза с золотистыми искорками, в которых веселятся и озорничают чертенята, сводят Игоря с ума. В прямом  и переносном смыслах. 

Он совершенно перестаёт соображать, глядя на свою фею, старается переключить зрение на нейтральный объект, иначе моментально забывает, где, почему и зачем находится. 

Иногда это бывает очень неловко, особенно если рядом случаются невольные свидетели.

— Страдать и метаться на пределе эмоциональных возможностей от присутствия маленькой девочки! Бред. Никто в такое не поверит. Да я и сам не верю!

Окружающие думают, что он опекает дочку знакомых или дальнюю родственницу. Со стороны именно так и выглядит их общение: осторожная предупредительность, деликатная тактичность, скромность, порядочность, сдержанность, заботливость и галантность. 

Насколько это возможно. 

Согласитесь, так никто не ведёт себя с возлюбленной.

Никому и в голову прийти не могло, что это пламенная страсть, всеобъемлющее обожание и возвышенная романтическая любовь. 

Страстное, не поддающееся контролю увлечение с краткой интригой или мимолётным увлечением тоже выглядит совершенно иначе.

Эмоции и чувства поедают Игоря целиком и полностью, не давая возможности опомниться, расслабиться, объективно оценить ситуацию. Рядом с Любочкой он находился под воздействием сильнейшего нейролептика, подчиняющего сознание целиком.

Когда девочка случайно дотрагивается до его руки, тело пронзает насквозь волна дрожи, словно от удара током. А ведь он далеко не мальчик, причём довольно давно познавший телесную любовь. 

Игорь множество раз испытывал шок от ошеломляюще-ласковых прикосновений, объятий, поцелуев и даже… 

Про это даже он теперь и думать не может. 

Любочка богиня: скромная, застенчивая, целомудренная. Похотливые мысли к ней не липнут.

Игорь ужасно боится ранить незащищённую детскую чувствительность, испугать восторженность и обожание. 

На Любочку, считает он, можно лишь глядеть. 

И млеть от восторга, когда она зачарованно и доверчиво смотрит в глаза.

Девочке необыкновенно, отчаянно льстит внимание Игоря Леонидовича. Она намеренно величает его так, хотя юноша много раз просил называть его по имени. 

Ну, какой он для неё Игорь Леонидович?

Игорь — руководитель местного  музыкального коллектива, но для неё это равнозначно именитому артисту, которому можно и нужно поклоняться. 

Он поёт и играет на нескольких музыкальных инструментах, освоил их самостоятельно, не обучаясь специально, сочиняет песни, в основном про любовь. Его исполнение девчонки слушают стоя: подбадривают восторженными крикам, кидают на сцену цветы, посылают воздушные поцелуи, врываются на сцену, пристают с поцелуями и объятиями, которых он стесняется.

Все песни юноша посвящает ей. 

При каждой возможности рисует Любочкины портреты.

Рисунки ей очень нравятся, но Игорь всегда недовольно ворчит, уверяя, что такую красоту невозможно передать достоверно с его малыми способностями к живописи. 

Наверняка он не прав, Любочка уверена в этом. 

Игорь и её заставляет учиться навыкам живописи, утверждает и доказывает, что у неё талант. 



Девочка любит рисовать, но ей не хватает упорства, а в руках нет твёрдости. Карандаш постоянно соскальзывает, вылезая нелепыми штрихами за пределы рисуемых контуров. В итоге выходит совсем не то, что задумано.

Игорь Леонидович недавно познакомился с Любочкиными родителями. Поначалу они возмущались, запрещали, грозились подать заявление в милицию, имея в виду приличную разницу в возрасте и угрозу совращения.

Он выдержал давление родственников, дал твёрдое обещание, что ничего непредвиденного и зазорного случиться просто не может. 

Игорь Леонидович отвечает за Любочку целиком и полностью.

Непонятно отчего, видимо внешность, манера поведения или что-то иное в его поведении и облике внушали доверие, но их встречам перестали препятствовать.

 С того дня жизнь Любочки круто изменилась. 

Где они только не бывали. Даже на концерты в соседние области выезжали.

Игорь неизменно после прогулок и концертов провожал её домой, пил с родителями чай и уходил в одинокую ночь. 

Папа и мама больше не волновались.

— Человек-то, порядочный, говорила мама, — мало ли что в жизни случается. А если это настоящая большая любовь? 

События наслаивались одно на другое, изменяя обстоятельства, людей и их отношения. Любочка позволяла Игорю немного вольностей, не стеснялась, когда он при людях брал девичье лицо в сильные ладони и целомудренно целовал в нос и щёки. 

Девочка запросто могла ответить взаимностью, даря юноше ответные  непорочные поцелуи. Она ещё не повзрослела, не выросла, совершенно не  чувствовала возбуждения. Так обычно целуются с братьями и сёстрами, без вожделения и чувственности. 

Игорь Леонидович, он ведь свой в доску, с ним можно всё, даже рассказать, как она целовалась с мальчишками в пятом классе. 

И много чего ещё. Например, она нисколько не стеснялась сказать, что хочет писать, не обращая внимания, что в это время у Игоря запирало дыхание, лицо становилось пунцовым, или запросто объявить, что у неё начались месячные. 

Ей не приходило в голову, что переодеваясь при мужчине нужно уйти в другую комнату или хотя бы отвернуться.

Любочка воспринимала Игоря Леонидовича как подружку.  Самую-самую близкую подружку, хоть и в мужском обличии.

Однажды, совсем неожиданно, Игорь Леонидович исчез из её жизни. 

Навсегда.

Любочка воспринимала это как предательство: переживала, страдала, плакала.

Такого коварства от лучшего друга она не ожидала. 

А мужчина просто не выдержал давление первобытной природы, заставившую его немедленно искать пару. 

Биология живых организмов коварна. Она не даёт шанс расслабиться, заставляет взрослого самца искать половозрелую самку, даже если ты самый что ни на есть музыкант или художник, если у тебя неземная любовь. 

Молекулы половых гормонов, имеющие размеры невидимые глазу, способны командовать не только мальчишками, но и зрелыми мужами. 

Игорь Леонидович не смог дождаться, когда окончательно вырастет и созреет его любимая. Он попросту сдался, променял любовь на банальное желание совокупляться.

Жена не вызывала у него чувство безотчётного восторга, но дала Игорю возможность и право проникать в центр вожделения, удовлетворять сиюминутную похоть, что в тот момент оказалось сильнее любви.

Да, она родила мужчине троих ребятишек. Без любви. 

Ждать совершеннолетия любимой оставалось два года. Это стало непреодолимым препятствием.

 Увы! Никто не знает своего будущего. Предвидеть последствия наших поступков невозможно. Даже взмах крыла бабочки может оказаться фатальным, чего уж говорить о хрупких и ранимых судьбах и человеческих отношениях?

Поступки, диктуемые гормонами, непредсказуемы. Против природы бессильна даже любовь, даже самая-самая чистая и непорочная любовь.



А Игорь Леонидович… он заслуженный художник районного значения. 

На половине картин он до сих пор изображает Любочку, ту, тринадцатилетнюю, с лучистыми глазами, полными любви и обожания.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *