Сольфеджио любви Часть 4

Танюша взяла себя в руки, пришла в себя раньше Артура, хотя для неё эта интрига была первичным, неведомым прежде опытом.

В дальнейшем она по большей части избегала чувствительного физического контакта, потому, что боялась последствий. 

Воспитание и родители требовали от неё прежде любви получить образование, способное определить вектор развития судьбы, тогда как чувственные мотивы способны на начальном этапе лишь разрушить стройное здание, построенное для её же блага. 

Танюша не имела желания ослушаться, хотя её захлестнула эмоциональная волна куда более впечатляющая и головокружительная, чем Артура, поскольку контролировалась нетронутой девственностью.

Друзья проводили вместе массу времени, структурируя его прогулками, посещениями фильмов, привычными посиделками в кругу одноклассников.

Поцелуи случались, но настолько скромные, мимолётные, что их можно было считать погрешностью, а не правилом. Оба изо всех сил контролировали своё поведение, не допуская чрезмерных вольностей.

Танюша была вхожа в семью Артура в качестве официальной подруги, но без статуса любимой девушки. Она мило беседовала с его родителями, которым давала понять, что их отношения предельно целомудренны.

Девочка запросто помогала маме Артура, спрашивала советы у папы. Те удивлялись скромному благоразумию, осторожной деликатности такой необычной дружбы. Оба считали, что в таком возрасте это странно, вспоминали свои первые влюблённости, эмоционально переживали вновь те волшебные до нереальности чувства.

Артур смотрел на девочку любя, соглашаясь с её требованиями и правилами, но считая желанной и вполне законной добычей, осторожность которой нужно деликатно усыпить. Её спелая девственность манила сладостью возможных соблазнов, совсем не скромных.

Ночью, когда тишина и темень накрывали землю и всё на ней происходящее, Артур предавался фантазиям, в которых Танюша играла иную роль. 

Юноша страстно целовал, проникал под запретные флажки, трепетно трогал те части, которые до сих пор были ему неведомы, поскольку надёжно скрыты под слоем одежд.

Постепенно юноша научился тайком, виртуально раздевать Танюшу где угодно, даже на уроках. Это было мучительное, до хруста в костях, но настолько затягивающее занятие, что отказаться от него Артур не мог даже при родителях.

Сдерживать себя становилось всё сложнее. Природа на этот случай предусмотрела все обходные пути, наполнила пути отступления и маневров настолько соблазнительными, обманчиво-целомудренными  приманками, что избежать попадания в капкан невозможно в принципе.

Как-то раз, ближе к весне, друзья решили посмотреть вместе новый фильм по телевизору. Уроки к этому часу были выучены.

Они немного подурачились, как это обычно бывает у друзей одного пола, слегка вспотели. Затем Танюша увлеклась происходящим на экране, прислонилась к Артуру, забралась с ногами на диван, уютно устроила голову у друга подмышкой.

Юноше, вдыхающему так близко концентрированный аромат женственности, где воедино сливались послевкусие духов с разгорячёнными пряными специями непорочного тела, чувствующему упругость желанной плоти, живые вибрации первозданных энергий, невозможно было избежать гормонального бунта.

Воспалённая чувственность мгновенно вычислила способы незаметного, будто бы случайного соблазнения, подталкивала к немедленным действиям.

Артур освободил руку, которой Танюша так уютно накрылась, незаметно передвинул ладонь на область талии. Девушка невольно напряглась, но продолжала внимательно следить за экраном.

Юношу уже била любовная лихорадка. Осторожно, миллиметровыми шажками, он придвигался к Танюшке. Её лицо было совсем рядом. 

Ещё сантиметр, парень почувствовал тепло нежной щеки, слегка прижался. Девочка пошевелилась, устраиваясь комфортнее, выгнула спинку, имитируя плавные кошачьи движения.

Артур осторожно провёл губами по её чувствительной шее. Танечка поёжилась.

Дальше ему в рот попала мочка уха. Юноша на этот раз не спешил, согласуя движения с реакцией подруги, которая слегка напряглась, но позволила эти безобидные с виду ласки.

Она не предполагала или намеренно игнорировала тот факт, что химическая кухня организма уже была запущена, вопреки её желаниям и мыслям. 

Артур медленно массировал губами чувствительные зоны. Таня внешне не предавала этому значение, однако её тело начало невольно отвечать на прикосновения, подсказывая мельчайшими движениями мышц желательную траекторию нежных движений.

Девочка всё еще смотрела на экран, но эмоции и мысли были сосредоточены на вкрадчивых, до жути приятных действиях Артура.

Вскоре он получил лицензию на продолжение, хотя Танюша укоризненно посмотрела ему в глаза, раскрыв между тем и облизнув набухающие, наливающиеся спелостью красок губы, готовые к вторжению.

Артур развернул девочку к себе, покрыл поцелуями глаза, нос, щёки, наконец, запечатал соблазнительную пунцовую расщелину жадными губами, проник языком в таинственные глубины лакомого блюда.

Танюша притихла, дрожа всем телом, оцепенела, закрыла глаза. Их горячие языки встретились, сплелись, ощутили взаимное желание. 

Поцелуй длился бесконечно долго. За это время успел закончиться фильм, за окнами накрыли землю сгущающиеся сумерки, рука Артура проникла в запретную зону в области бикини, сладко сжимая вожделённый сосок.

Танюша неожиданно встрепенулась, вскочила. Ещё несколько минут и могут прийти с работы родители Артура.

Девочка принялась оправляться, прихорашиваться, для чего понадобилось зеркало. 

Лицо её горело огнём, губы воспалились. Повязав волосы резинкой, Танюша умылась, долго полоскала лицо холодной водой. Опухоль и краснота не спадали.

Девочка заметалась по комнате, подскочила к окну.

— Там твоя мама. Что она подумает, что скажет? Мне что, совсем не приходить к тебе в гости?

Танюша схватила пальто, шапку, впрыгнула в сапоги.

— Открой же скорее. Обожду, пока она зайдёт, этажом выше. Я ведь тебе доверяла.

В голове у Артура загудело. 

Опять. Он снова поторопился реализовать свою мечту, не считаясь с реальными обстоятельствами. С Танюшкой, видно, так нельзя. Но ведь она не оттолкнула, практически была соучастницей. Почему же виноват только он?

На этот раз обошлось. Мало того, наркотическое воздействие гормонов  Танюшку тоже лишили покоя и сна. 

Любовь, по всей видимости, инфекционное заболевание, передающееся воздушно-капельным путём. Вирус чувственных желаний уже проник в её организм, начал размножаться, изменяя под себя внутреннюю среду организма. 

В следующий раз девочка была податливее, временами начинала брать инициативу на себя. Видно было, что наслаждение она получает настолько сильное, что отказаться от него уже не способна.

Артур бессовестно пользовался неопытностью подруги, продвигаясь в похотливых фантазиях медленно, но верно. Девочку уже не шокировали поглаживания, прикосновения губ к груди и соскам. 

Юноша забирался с головой под её просторную кофту, которую, скорее всего, Танюша и надевала специально для подобной цели, путешествовал губами и пальцами по мягкому животику, залезал языком в ямочку пупочка, забирался всё выше и выше, пока в руках его не оказывались спелые округлости.

Тогда начинался соблазнительной притягательности пир порочного бесстыдства. 

Артур мял упругие мячики, облизывал соски, втягивая их в рот. 

Танюша выгибалась, стонала, зажимала руками его голову, испуская при этом дивное душистое благоухание, пьянящее, заставляющее набухать всё, куда поступает мощными толчками кровь.

С каждым разом ласки становились откровеннее. Дыхание похоти стало преследовать девочку так же, как и его. 

Артур сознательно, целенаправленно подводил подругу к самому краю, заставлял теперь не позволять опасные ласки, а требовать их.  

Ещё немного, думал он, и девочка сдастся, сама попросит той степени продолжения, за которой только полное слияние.

 Не железная же она. Не может быть, что у женщин механизм страсти работает иначе. Должна, обязательно должна Танюшка испытывать нечто подобное.

Артур терпеливо ждал, хотя эмоции переполняли, вызывая ярость и агрессию.

Юноша почти не ел, плохо спал. Все мысли были сосредоточены в одной единственной точке, в сочной и спелой ране, спрятавшейся у подруги между бёдер.

По ночам почти каждый день наступала спонтанная разрядка, когда его плоть пульсировала, фонтанируя липким секретом, который предназначен совсем не для этого.

Артур мысленно находился с объектом страсти, вёл с ней диалоги, спорил. 

Он никак не мог понять, что теперь, когда они испробовали огромный ассортимент возбуждающих порочных действий, когда до последнего шага оставались считанные сантиметры, удерживает подругу от того, что неизбежно произойдёт.

Артур клялся сам себе, что будет предельно осторожен, внимателен и нежен, телепатически посылая эти клятвы своей девочке.

Последнее время он называл её исключительно так.

Танюшка теперь сама искала его общества, расчетливо и изобретательно находила способы остаться наедине. Её явно увлёк процесс, оказавшийся настолько вкусным, что отказаться от него было невозможно.

В один из праздничных дней, когда родители Тани на несколько дней уехали в какой-то пансионат выходного дня, после довольно весёлой, почти взрослой вечеринки, где почти все разбились на парочки, чёрти что вытворяли по углам и закоулкам, возбуждённая девочка позвала Артура к себе.

Он ликовал, предвкушая финал любовных притязаний. Сколько раз уже Артур представлял себе, как обездвижив подругу, целуя, снимет с неё трусики, одним движение раздвинет бёдра и…

Всё с самого начала пошло не так. Танюшка была зажата, молчалива. 

Невербальные признаки кричали о том, что она защищается. Руки и ноги её были скрещены, губы сжаты, лицо стало неподвижным, каменным.

Артур недоумевал. Ведь она сама позвала, значит, готовилась к решающим действиям. Так в чём дело?

Танюшка отказалась целоваться, принялась хлопотать на кухне. К себе ближе полутора шагов не подпускала.

Дальше происходило немыслимое, странное.

Артур был распалён, буквально расплавлен желанием. Его цель благоухала невдалеке от него ароматом бесстыдного желания. Оставалось лишь сломить её волю и взять, не взирая ни на какие обстоятельства.

— Поцелуй меня, любимая, — взмолился юноша.

Бледная, как мел, Танюшка, нехотя раскрыла губы, позволила запечатать рот поцелуем, не отвечая взаимностью. 

Артур намеренно нежно, вспоминая самые чувственные точки, которые позволяли вить из подруги верёвки, возбуждал девочку, предвкушая скорый финал. Безрезультатно.

Её чувственность спряталась и молчала.

Юноша еле сдерживал себя, временами впадая в ярость, но всё ещё контролировал сознание. Однако, изощрённый ум, точнее подсознание, уже вело свою игру, не желая мириться с временной неудачей.

Артур отвлёк внимание девочки, выбирая момент и удобную позицию, Чтобы воплотить в реальность свою мечту, реализация которой была близка и ощутима, как никогда прежде.

Юноша загнал жертву в угол, придвинул её ноги к самому дивану, не давая возможности вырваться, ведь он тяжелее и сильнее, затем сгрёб юбки, повалил навзничь, пропихнул между ног колено, запустив пятерню между бёдер.

Танюшка яростно, молча, брыкалась, стараясь сделать Артуру больно. Он терпел. 

Трусики девочки разлетелись от одного яростного движения, обнажив желанный треугольный островок, палец моментально проник в щель, оказавшуюся мокрой и скользкой.

Любовники безмолвно, довольно яростно боролись. 

Артур рассчитывал на обезоруживающее действие гормонов, которые, казалось бы, должны были обездвижить подругу, сделать её не врагом, а союзником. Даром что ли они так долго и основательно тренировались? Должен, обязательно должен наступить перелом.

Юноша не мог понять, отчего она так сопротивляется. Неужели совсем ничего не чувствует? 

Он же любит её, это так очевидно. Какие бы последствия после акта совокупления не последовали, Артур всё предусмотрел. 

Он готов на брак, на что угодно. Один раз юноша уже проявил мягкотелость, еле выбрался из того липкого состояния. На этот раз нужно настоять на своём. Сама же потом будет радоваться.

На самом деле мыслей у него было намного меньше, чем эмоций и чувств. Древнейший инстинкт набирал обороты, подчиняя разум единственной страсти, которая сейчас руководила его действиями.

Артур терпеливо добивался своего. Второй палец последовал во влажную щель вслед за первым. Он ждал, когда кровь девочки наполнится гормонами, которые сделают всё, что необходимо в таких ситуациях. Об этом он читал не раз и не два.

Однако, ситуация не менялась в лучшую сторону. 

Когда третий палец проник в разгорячённое, наполненное тягучей слизью лоно, Танюшка укусила Артура за губу, вонзив острые зубы, пыталась оторвать её часть.

Девочке удалось вырваться. Она схватила стул, выставив его перед собой щитом, и кричала, кричала. 

Далее последовала продолжительная истерика.

Подруга обвиняла юношу во всех смертных грехах, не позволяя приблизиться и успокоить.

Вся его решительность, как удар молнии, ушла в никуда. Но оставила заметный разрушительный след и запах гибели отношений.

Артур пытался оправдаться, взывал к здравому смыслу, говорил о любви и современных семейных отношениях, о тенденциях молодёжного эротизма, о любви и преданности.

Тщетно. Аргументы не имели смысла. Танюша их не слышала.

Она называла Артура безмозглым животным, все мысли которого сосредоточены на сексе.

Что он мог возразить? Подруга была права. Секс имел для юноши определённое, довольно значительное значение. Он считал физическую часть любви важной.

До самых экзаменов Танюша избегала его общества, старательно прячась в девичьих кампаниях. Затем поехала поступать в Ленинградский Университет.

Самое странное, что она позвонила перед отъездом, пригласила на проводы, где танцевала со всеми подряд одноклассниками, кроме Артура.

Ему показалось, что это была месть.

Несмотря на это, Артур предпринял ещё одну атаку: отозвал девочку в сторону и несколько раз повторил, что любит, готов ждать сколько угодно.

Танюша загадочно улыбнулась, увернулась от объятий и убежала к гостям.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *