— Ух, ёжики туманные!

Ребёнок не хотел кушать кашу. 

 — Дети должны её есть, чтобы вырасти! — уверяла мама.

 — Не хочу вырастать! — капризничал малыш.

 Тут подбежал папа. Он схватил тарелку с кашей в руки, быстро нарисовал  на ней вареньем глаза, рот, ручки, ножки и ушки, и поставил её обратно  перед мальчиком.

— Ой, кто это? — заулыбался Геночка (так звали мальчика).

 — Это баба Яга! — ответил папа со знанием дела. — Если ты её не съешь, она выпрыгнет из тарелки и съест тебя!

 Весело засмеявшись, Гена схватил ложку. Такая игра ему нравилась.

 — Ты просто находка! — улыбнулась мама папе.

 Папа улыбнулся и поцеловал маму в щёчку.

 Ребёнок вонзил ложку в ножку бабы Яги.

 — Сначала я съем её ногу! — глумился мальчик.

В далёком сказочном лесу, в избушке на курьих ножках, раздался истошный крик:

 — Ай!.. Ой!.. Помираю! — кричала бедная бабушка Яга, испуганным голосом.

 — Что случилось? — спросил старый чёрный кот, спрыгивая с печки.

 — Опять в реальном мире кто-то бабушку Ягу мучает! — прохрипела баба  Яга. — Ироды окаянные!.. Матвей, принеси-ка моё чудо зеркальце!

 Принёс кот бабе Яге зеркало. Посмотрела она в него.

 — Точно! Вон, мальчонка какой-то лопоухий, ложкой во мне ковыряется!.. Ух, ёжики туманные!..

— Ногу я съел! — сказал с победоносной улыбкой Гена.

 — Вот и умница! — похвалила мама.

 — Теперь съем руку! — объявил мальчуган.

 Бедная баба Яга схватилась за голову.

 — Ох-ох-ох! — простонала старушка. — Этак от меня за пять минут ни фига не останется!..

 — Вот тебе, бабушка, и мур-мур! — вздохнул старый чёрный кот.

 Тем временем костяная нога у бабы Яги совсем отвалилась, а левая рука прямо-таки отнялась.

 — Матвей, принеси-ка мне метлу! — воскликнула бабушка, прыгая на одной ножке к выходу из избушки.

 — Вот, метёлочка, бабуля! — протянул кот Матвей, бросая бабушке её помело.

 И… забравшись в ступу, баба Яга оттолкнулась от воздуха и ринулась в реальный мир, спасать свои бедные косточки.

Родители стояли в дверях кухни, наблюдая за своим дитятей.

 — Смотри-ка, — умилённо шептала мама папе на ушко. — Доедает ножку твоей бабы Ёжки!

 — Конечно, — улыбался папа. — Бабы Ёжки они вкусные.

 И он снова чмокнул её в щёчку и нежно обнял.

Но вдруг…

 Внимание мамы и папы привлёк какой-то странный звук.

 Тарелка с кашей, стоявшая перед их сыном, затряслась! Геночка, с  открытым от удивления ртом, смотрел на это странное явление. Он ещё не  успел напугаться.

 — Землетрясение? — спросил папа взволнованно.

 — Непохоже, — покачала головой мама.

 Подбежав к ребёнку, они хотели уже остановить безумную пляску тарелки по столу, но…

 В самую последнюю секунду прямо из тарелки выскочила костлявая рука бабы  Яги! Следом за этим, опрокидывая стол и круша всё на своём пути, в  кухню ворвалась ступа с самой старухой! Однорукая ведьма размахивала  метлой и громко ругалась:

 — Ух!.. Ироды окаянные!.. Ёжики туманные!..

— Ах! — ахнули одновременно мама, папа и Геночка. — Настоящая баба Яга!

 — Настоящая — ненастоящая… Реальная — сказочная… Какая разница?!  Надо уважать людей, какими бы они ни были! — ворчала баба Яга. — А вы!..  Ух!.. «Скушай бабу Ягу, сыночка!» Чему ребёнка учите?!

 — Извините нас, пожалуйста, бабушка! — попросили тут прощения мама и папа. — Мы больше так не будем!

 — Поклянитесь! — потребовала Яга, угрожая метёлкой.

 — Клянёмся! — сказали родители, дружно прижав к сердцам руки.

 Баба Яга приземлила ступу на пол и опустила метлу.

 — Ладно, малец, не бойся! — сказала сказочная старуха Геночке. — Не  стану я тебя жрать! Только пообещай, что впредь будешь есть кашу без  всяких там «хочу — не хочу»!

 — Буду, — кивнул ребёнок, всхлипнув носом.

 — А теперь, — приказала баба Яга. — Скажите заклинание, чтобы всё на  прежнее место возвернулось!.. Повторяйте за мной!.. «Кашка-милаша, бабу  Ягу оживи, во имя добра и любви!»

Как только повторили за Ягою слово в слово Геночка и его родители, так сразу всё на прежнее место и возвернулось!  

 И стол, и тарелка, и вообще вся обстановка кухонная. А бабушка Яга исчезла, будто и не было её никогда.

— Да уж, — сказал Геночка, почувствовав себя повзрослевшим лет на десять. — Страшное это дело оказывается — воображение!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *