Зеркало Евы.

    Вещи собраны. Сумки стоят в коридоре. Через час самолет в Канаду. Всего несколько часов до встречи с Джоном. Несколько часов до начала новой и счастливой жизни.

 Последние минуты до такси тянутся так медленно, что, кажется,  время  потерялось где-то внутри полупустого багажа.

  Девушка в коридоре не торопясь застегивает кожаные ремешки босоножек на тоненьких щиколотках ног. Белокурые блестящие локоны падают на лицо. Откинув легкие пряди волос, с лукавой  улыбкой  поворачивается к зеркалу.  В позолоченной раме появляется отражение. Из зазеркалья на нее смотрит кто-то, похожий как две капли воды. Та же фарфоровая белизна лица, подсвеченная легким румянцем, гладкая идеальная кожа, губы кораллового цвета. Оно точно повторяет движения  рук, поправляющих на нежной шее именное колье из белого золота. Маленькие блестящие бриллианты в центре составляют имя «Ева».

Ева задумчиво поднимает глаза и застывает неподвижно перед зеркалом. Потом  обводит губы матовой помадой чуть выше контура, чтобы они казались визуально больше. Дотрагивается до позолоченной рамы, словно хочет убедиться, что граница между двумя параллельными мирами существует.

В голове снова неприятная пульсирующая боль, словно бьет молоточком по затылку. От внутренней тишины хочется поскорее избавиться. Рассеянный взгляд падает на комод.

Словно впервые замечает, около шкатулки с драгоценностями, маленького фарфорового Будду.

Статуэтка была подарена на прошлый Новый Год. Будда всегда улыбался, и казалось, смотрел на тебя, где бы ты ни был. Счастливая улыбка почему-то злила хозяйку  и вызывала неприязнь, поэтому фигурку переносили из одной комнаты в другую.

 Этот непрактичный подарок, как считала девушка, не находил места нигде. Статуэтка не смотрелась гармонично, не вписывалась в интерьер квартиры, мешала своим всевидящим оком. Тогда Будду вынесли в коридор и вспоминали о нем, только если статуэтка покрывалась слоем пыли. Пыль смахивали забавной разноцветной щеточкой.  Будда по-прежнему продолжал сидеть умиротворенно в позе лотоса и по-прежнему продолжал обращать взгляд в глубину собственной души. Казалось, он верил в  заложенную в каждом человеке способность к духовному росту, несмотря на место и время.

Ева верила зеркалу, глянцевым журналам, позитивному мышлению и телевизору.

Но плохое все равно случалось.

Тысячу раз девушка, смеясь, кружилась  около зеркала, представляла, чего хочет. Желание тут же отражалось в зеркальном коридоре. Приходило в ответ в виде образа, где  Ева элегантная и стильная  с мускулистым спутником в сказочных апартаментах загородного  особняка. Представлять можно было все, что угодно.  Никаких запретов. Так появились домашний кинотеатр, спа-салон, ландшафтный сад с фонтанами, два камина, бассейн, дорогая элитная мебель.

Это было похоже на игру в мяч. Все броски всегда возвращались обратно. Бросать можно было до бесконечности. Лабиринты зазеркалья манили.

Зеркало дарило ей сладкое предвкушение   и одновременно ограждало высокими стенами от реальности. Но Ева этого не замечала.  Красивая фантазия притягивала, словно запах еды голодного.

Девушка была уверена, что время у зеркала даром не проходило. Желаемая реальность вновь появлялась в  сознании, словно перламутровый мыльный пузырь.

Почему-то в этот момент фарфоровый улыбающийся Будда  раздражал ее больше всего.  Его настоящая улыбка рождалась где-то внутри, изменяла маленькое  пространство рядом, заставляла второго Будду в зеркале заниматься той же огромной работой над собой и принимать нейтрально-философское отношение к вещам. Как? Как это удавалось маленькой статуэтке?

Давно известно, куда течет мысль – туда и уходит энергия. Зеркало тоже это знало.  Оно манило Еву своей пустотой, из которой вдруг  появлялись формы  и принимали знакомые черты. Отражающая поверхность гипнотически притягивала в последнее время все чаще и чаще. Она заставляла рассматривать себя часами, думать о своих формах и килограммах, чтобы соответствовать той, что приходила в сказочные  апартаменты.

Зеркало будто предлагало ей поиграть в безобидную  игру. Условия игры были крайне просты.  Нужно было окрашивать во все цвета радуги  негативные мысли, обращать внимание на антураж, учиться получать сиюминутное удовольствие и осуществлять свои желания.

Всегда можно было замазать черное белым, превратить коричневое и дурно пахнущее в розовый крем.

Тогда мир становился цветным.  Облака словно сахарная вата проплывали мимо. Снились ванильные сны. Закрадывались клубничные мысли.

Не нужно было  мучительно  заглядывать внутрь себя, как фарфоровый Будда, чтобы увидеть нечто в себе совсем не напоминающее воздушное крем-брюле. Создавать мир фантазий было гораздо увлекательнее.

Так для Евы пришло время единорогов и розовых пони. За придуманной фиолетовой радугой  быстро исчезали негативные эмоции, боль, несовершенство мира, страдания.

Зеркало бесперебойно снабжало Еву потоком иллюзий, который работал  не хуже любого обезболивающего. Это на время подавляло боль, вырывало, словно сорняк первые ростки прошлых  воспоминаний. Заставляло снова и снова возвращаться к своим воздушным замкам, как больного к очередной дозе лекарства.

   Почему-то мы всегда мечтаем о волшебной таблетке. Пусть даже о дорогостоящей. Мы думаем, что одна пилюля может помочь нам стать красивыми или добрыми, худыми или умными. Ну, или на худой конец поможет избавить в кратчайшие сроки от головной боли. Нам лень искать причину или корни наших страданий.  Лень, потому что за этим бывает страшно.  Больно. А действия не всегда приводят к быстрому результату.  Разочарование настигает человека быстрее, чем результат. Тогда мы выбираем бороться с последствиями точными ударами «волшебных  таблеток».  Выбираем самый дешевый, наименее легкий путь, несмотря на то, что уже никто не замечает, как развивается зависимость, как острая стадия переходит в  хроническую.  Потом и вовсе перестают действовать.

Но пока нам хочется быть привлекательнее, умнее, здоровее, богаче, чем на самом деле. Хочется получить это прямо сейчас, словно огромный кредит из банка, который дает возможность жить  и не думать о завтра. Универсальное средство кажется быстрым и доступным.

Лишь замени негативные мысли полностью на позитивные и вот уже защитная радуга над головой,  розовые единороги рядом.  Улыбайся, Ева! Улыбайся!

Ева любыми путями хотела добиться желаемого. Зеркало лишь служило для нее инструментом, с помощью которого она моделировала свое будущее. В нем она искала подсказку и находила. Верила в волшебные свойства отражающего стекла и ждала воплощения своих фантазий  в реальность. Зеркало отдавало в ответ то, что ему транслировали.

Вновь и вновь красавица  любовалась своим отражением. Снова и снова продолжала дарить свое время той, что появлялась по ту сторону рамы. Там, словно на сцене, жизнь возникала из предметов бутафории. Внешние формы обманчиво привлекали дешевым блеском. Такова была власть отражения. Невозможно было отвести глаз.

Ева улыбалась, а незримые призраки в зеркале уже устраивали  невидимый ритуальный танец, принимая обличье человеческих образов из сладких грез. Они затягивали в зеркальную воронку, в свой мир, заставляя забыть о мире настоящем.

Ей казалось забавным, что своими мыслями она словно включала свет в темной комнате. Сразу вместо монстров появлялись новые и новые картинки воображаемого мира.

 Именно их она по-настоящему желала. Ева была уверенна, скоро все будет  по-другому.

Вскоре в доме девушки появились  весы.  На кухонной полке заняли место  овсянка, бутилированная вода  и пачка зеленого чая. В холодильнике нельзя было ничего найти, кроме петрушки, зеленого консервированного горошка и двух бутылок шампанского и мартини.

Игра продолжалась по правилам зазеркалья. Нужно было пить до двух литров воды в день. Завтракать, обедать и ужинать запаренной овсянкой. Качать пресс после каждого приема пищи. Радость и эйфория  приходили теперь почти всегда  после каждого потерянного килограмма и сантиметра, теплой шоколадной пены в ванне с ярким журналом и шампанским, после долгих походов по магазинам. Тратить на себя стало единственным удовольствием. Той самой обезболивающей таблеткой. Вознаграждением.

Теперь на Еве были дорогие туфли  как у ведущей из знаменитого шоу. Всю свою небольшую зарплату она тратила на уход за собой: лицом, волосами, телом. Индустрия красоты каждый раз предлагало девушке нечто новое, особенное и эксклюзивное для нее. Невозможно было устоять. Ей всего было мало. Все более новой представала Ева перед зеркалом. Не уставала  демонстрировать  часами отражению последние приобретенные  брендовые вещи, потрясающие изгибы тела, белоснежность кожи,  искусственные длинные ресницы и  волосы. И оно было довольно. Довольна была и Ева.

 Но, как и после любого обезболивающего, через некоторое время вслед за эйфорией наступало опустошение. У девушки все чаще возникали головные боли, приходили сонливость, тошнота и странный упадок сил. Возникала пустота.

 Словно некто по ту сторону позолоченной рамы  награждал внешними формами, но  забирал нечто внутреннее. Тариф на оплату желаний был включен.

Отражение всегда просило еще. «Купи к туфлям сумку «Hermès» ,-соблазнительно шептало оно Еве. Ева послушно кивала головой. Она постепенно забывала в себе ту, что любила бегать в кроссовках по пыльным дорогам и любопытно заглядывать за горизонт, наслаждалась десертом или пастой, приносила радость другим,  была несовершенной, но живой. Радуга вновь светилась и единороги плясали теперь только, если на платежной карточке у белокурой красавицы была заветная сумма. Снова  желаннее становились вещи на полках в магазине, громче рекламы о распродаже золота и бриллиантов, мягче дорогие спальни в салонах. Мечта за мечтой исполнялись. За считанные минуты появилась шубка из норки, огромный телевизор с  объемным звучанием, автомобиль. Все это казалось безумно нужным и важным. Существенным . А, главное, выглядело достойно в глазах других.

Список знакомых с каждым днем увеличивался. Мужчины делали комплименты, писали о своей любви. Женщины звали в ночные клубы и на светские вечеринки. Безбедная жизнь поддерживалась  кредитами и займами на сумму ХХХХХХ рублей. Ева теперь ежесекундно ловила себя в каждом из отражении зеркал, в отражении магазинных витрин , в селфи-камере. Днем она поклонялась зеркалу. Ночью зеркало же забирало у нее частичку души.

Утром вставать было все тяжелее. Завтракать не хотелось совсем.

Поэтому срочно нужно было представлять сладкий десерт вместо запаренной овсянки и воды. Но вкус возвращал к реальности. Одно радовало. Весы показывали идеальное количество килограмм.Изгибы тела были идеальными. Джон ждал в Канаде.

С неприятными ощущениями слабости и тошноты Ева вновь подошла к зеркалу.

Впервые она была недовольна своим отражением. Золотое колье  сдавливало шею. Блеск бриллиантов не радовал.  На нездоровый цвет лица ложился дорогой тональный крем, который выравнивал тон кожи и превращал его  в безупречную фарфоровую белизну. Вещи были собраны и лежали в коридоре. Через несколько часов должно было исполниться то, к чему она так давно шла.

Вновь искала она в отражающей поверхности  ландшафтный сад с фонтанами, два камина, но они появлялись совсем нечетко и скорее расплывчато.

Звук «WhatsApp» вывел ее из оцепенения. Тот самый успешный эмигрант Джон из Канады писал, что приезжать не надо, что в  жизни очень часто случаются ситуации, которые невозможно ни проконтролировать, ни предотвратить. Что счастье случилось с ним внезапно. Он прислал фотографию своей будущей невесты.  Она была совсем не модельных параметров. Рядом с ней Джон выглядел счастливым.  «Ты можешь приехать»,-писал он , «Мы с невестой оплатили тебе гостиницу на несколько дней. Это наш маленький подарок тебе».

«Мне нужно больше!», — громко закричала девушка отражению, бросая телефон на пол. Мне нужно все!» Почему?»,-продолжала она кричать, «Почему??? Я  делала все, что ты хотела. Я стала такой, как ты хотела, глупое зеркало! Почему?»

Она… Она теперь  займет мое место в особняке. Она будет купаться в бассейне и родит ему детей, которые будут бегать по дорогим коврам. Бессильно подняла Ева руки вверх, зажатые в кулаки, пытаясь ударить кого-то невидимого.

Но в ответ отражение лишь так же кричало и набрасывалось с кулаками.

 На комоде с неизменной сострадательной улыбкой по-прежнему сидел Будда. Его не интересовало зеркало. Казалось, зеркалом был он сам. Зеркало жило внутри него. Отражало через взгляд нечто, что шло из самой глубины. Излучало любовь.

В приступе паники и нервного раздражения, задыхаясь от гнева, Ева схватила статуэтку и начала ее трясти. Она не осознавала что делала, пока откуда-то со дна не вылетела маленькая, свернутая в трубочку бумажка.  Дрожащими руками девушка подняла ее с пола и развернула. Там было написано: «“Люди ежедневно исправляют свои волосы, почему бы не сердце? С Новым Годом, Ева!”

(Автор Katrin Bravo)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *